Увольнение гадюки

Увольнение для Галины Георгиевны стало полнейшей неожиданностью.

— Как же так? – зло уставилась она на нового начальника. – Вы вообще в своем уме? Меня увольнять! Как Вам вообще в голову могло такое прийти?

— Галина Георгиевна, — начальник нервно повел плечами. – Прошу Вас сохранять спокойствие. Я Вас не обижу. И выходное пособие хорошее выпишу, и причину увольнения запишем «по собственному желанию».

— Я не уйду, — Галина Георгиевна покрепче угнездилась в кресле. – Не выгоните! Я в суд на Вас подам за незаконное увольнение! Вы еще пожалеете, что вообще этот разговор завели!

Начальник устало вздохнул.

— Мне очень жаль, Галина Георгиевна, но Вам придется уйти. Поверьте, поводов законно уволить Вас много. Вы вот и опаздываете регулярно, и не справляетесь со многими задачами. Да и аттестацию можно внеплановую организовать. И Вы ее не пройдете, поверьте.

Галина Георгиевна лихорадочно потянулась за телефоном.

— Не нужно включать диктофон, — спокойно сказал начальник. – Вам это не поможет. Просто уходите по-хорошему.

***

Галину Георгиевну на работе не любили. И даже за глаза «гадюкой» называли. Хотя, почему за глаза? Однажды две коллеги громко обсуждали ее в туалете в то время, когда Галина Георгиевна была в одной из кабинок. И она была уверена, что женщины точно знали, что она все слышит.

Тогда-то она и узнала, что ее называют гадюкой. И совершенно не расстроилась. И даже немного загордилась.

Слыть хищной и опасной ей нравилось. К тому же ее мастерство манипулирования людьми достигло таких высот, что ничего ей не могло помешать влиять на коллег. Пусть хоть кем ее зовут. Все равно она из них будет веревки вить.

Галина Георгиевна отлично помнила время, когда она пришла в новый коллектив молодым неопытным специалистом. Она помнила, как хотела помочь развитию предприятия, заслужить уважение коллег, стать высококлассным специалистом.

Но в первый год работы она столкнулась с тем, что с ней никто не считается. И даже наоборот, все ведут себя так, как будто вовсе не желают видеть ее заслуги.

Тогда ей мама говорила, что, мол, Галя, тебе кажется. Ты еще очень мало умеешь и знаешь. Это ты думаешь, что хорошо работаешь. Но опытные то люди видят, что тебе еще расти и расти!

Но Галина Георгиевна не готова была ждать, пока в ней разглядят ценного специалиста и наконец начнут обращаться с ней по-человечески. Она решила пойти другим путем.

Этот «другой путь» она нащупала еще в 10 лет. У нее была тогда подружка Юлька, дочь богатого предпринимателя и обладательница потрясающей красоты куклы. Эту куклу Юльке папа привез из командировки. Кукла была совсем, как настоящая девушка. Только маленькая. У нее были длинные мягкие волосы, розовые ноготки и шикарное платье.

Галина Георгиевна эту куклу обожала и страстно желала обладать ей.

— Хорошо тебе, Юлечка, — однажды заплакала она, когда была в гостях у подруги и обнимала волшебную куклу. – Твой папа богатый и добрый. Он тебе сколько угодно таких кукол купит. А вот у меня только мама. Мы очень бедно живем. Никогда у меня не будет такой куклы!

Десятилетняя Галина Георгиевна тогда даже сама опешила от реакции подруги.

— Галя, хорошая моя, забирай куклу! – у Юльки накатились слезы на глаза. – Тебе она нужней, чем мне. Бери, бери!

И Галина Георгиевна забрала. А потом узнала, что Юлька родителям наврала, что куклу она потеряла на прогулке. И они ее даже ругать не стали.

Так Галина Георгиевна и поняла, что можно получить желаемое, если просто вызвать жалость. А немного позже она научилась вызывать чувство вины, стыда и вообще выбивать у людей почву из-под ног, чтобы они делали то, что нужно было ей.

Сначала Галина Георгиевна на работе свои навыки по управлению людьми использовала довольно аккуратно. То больной прикинется, если нужно, чтобы не сильно загружали. То просто прямо с утра ходит с трагическим лицом. Потому что тут уж можно быть уверенной, что кто-нибудь особо любопытный спросит, не случилось ли чего. Тогда нужно просто кивнуть и выдавить немного слез. И слухи по офису о том, что у молоденькой Галины что-то страшное стряслось, понесутся. А с ними можно ждать и поблажек.

Но, как нетрудно догадаться, на чувстве жалости много не поимеешь. Поэтому чуть позже Галина Георгиевна принялась обижаться на коллег, чтобы сформировать у них стойкий комплекс вины.

Обида же дело такое, повод всегда можно найти. Не так посмотрели, забыли позвать в курилку, не дождались после работы, поздно сообщили о чем-нибудь важном. Обижалась Галина Георгиевна очень артистично. Тут и подрагивающие губы, и бровки домиком. А главное тихий, укоряющий голос.

— Не думала я, что ты такой (такая).

— Неужели настолько наплевать на меня?

— Зря я рассчитывала на твое доброе отношение… Ну что уж теперь… Впредь будет мне наука!

И человек, к которому были обращены дрожащие губы, бровки домиком и слезливый голос, замирал, придавленный чувством вины. А дальше с ним можно было делать, что угодно. И просить сделать за тебя часть работы, и денег в долг взять, и рассчитывать, что он прикроет перед начальством твое опоздание. Ради того, чтобы Галина Георгиевна простила из «грех», коллеги готовы были делать ей небольшие услуги. С миру по нитке, и Галина Георгиевна на работе не напрягалась.

Отдельный вопрос, конечно, стоял с начальницей. Ее на жалость и чувство вины было не поймать. И тогда Галина Георгиевна стала ей лучшей подругой.

Все просто. Сначала она делала комплименты начальнице. Ее внешнему виду, манерам. Поддерживала принятые той решения. А потом стала потихоньку критиковать. Чуть-чуть. Чтобы кольнуть ровно настолько, чтобы начальнице захотелось вернуть обратно комплименты и поддержку, и вновь заслужить одобрение своей подчиненной.

А когда у начальницы случился развод, Галина Георгиевна «случайно» оказалась рядом, подставила плечо и даже разделила с руководительницей пару бутылочек и три ведерка мороженного.

Вы же понимаете, что такое позитивное подкрепление? С того самого момента в глубине души начальницы намертво укоренилась информация, что если плохо, то надо идти к Галине Георгиевне. С ней ждет и бутылочка, и сладкое. Все то, что обычно непозволительно.

Вот такая схема. Хочется расслабиться — придумываем несчастье и идем к Гале. И кажется, что Галя – лучшая подруга. А с лучшей подруги на работе взятки гладки. Правильно?

После того, как Галина Георгиевна приручила начальницу, она дала себе волю. Она вдруг почувствовала, что получает удовольствие от того, что причиняет боль, смущает людей, сбивает их с толку.

Особо ей нравилось надавить сразу на три эмоции: стыд, жалость и чувство вины. Например, сначала немного «наехать»: «Я от тебя такого не ожидала!». Затем вызвать жалость к себе: «Почему со мной всегда такое происходит? Почему так не везет?». Ну и на десерт: «Я же ради нас всех стараюсь!».

От такого коктейля не мог спастись никто из коллег. Каждый чувствовал себя неудобно, стыдился и, конечно, старался как-то загладить свою вину. Но при этом каждый в глубине души понимал, что что-то здесь не чисто, где-то кроется обман. Но вот где?

А еще всегда можно было найти какой-нибудь негатив, какую-нибудь ошибку и указать на это. Или дать «добрый» совет по поводу внешности или поведения.

— Люсенька, мне вчера на корпоративе так стыдно за тебя было. Ты больше так себя не веди! Это же рабочий коллектив все-таки! – говорит Галина Георгиевна и отходит, а смущенная Люсенька пытается вспомнить, что же вчера такого постыдного сделала.

— Маришка, ты в этом платье, как доярка колхозная! Такая прелесть! Обожаю тебя! – заливается смехом Галина Георгиевна, а Маришка краснеет от стыда и больше никогда это платье не надевает.

— Софа, ты, конечно, хорошая работница, но все же постарайся не так часто в курилку бегать. Я слышала, что уже и начальство тобой недовольно, — и Софа холодеет от страха перед гневом начальства.

В общем, постепенно Галину Георгиевну возненавидели все. И только того и ждали, чтобы представился случай от нее избавиться. Только вот как избавишься от работницы, которая в лучших подругах у начальницы?

А Галина Георгиевна это понимала и тихонько посмеивалась над коллегами.

Но жизнь изменчива. И вот уже не Галина Георгиевна не угодила начальнице, а сама эта начальница перестала устраивать высшее руководство. И уволили ее. А на ее место поставили нового руководителя. Мужчину. А к нему, понятное дело, в подружки уже не набьешься.

Но Галина Георгиевна верила в свои силы, и решила, что она достаточно сильна, чтобы подмять по себя и нового начальника. Не начинать же хорошо работать, правда?

Стратегию она, в общем-то, выбрала верную. Льстить начальнику не напрямую, а позволяя исправлять свои ошибки. Часто ведь руководители занимаются не теми, кто хорошо работает, а теми, кто нерадив. Воспитывают, ругают, контролируют. То есть вкладываются эмоционально. А нужно это им для того, чтобы чувствовать себя умными и практически великими.

Но оказалось, что новому начальнику вовсе не хочется чувствовать себя великим. А хочется получать результат и поменьше возиться с подчиненными. Вот так и докатилась Галина Георгиевна до увольнения.

***

— Галочка, привет, — старая начальница, узнав об увольнении Галины Георгиевны, позвонила тем же вечером. – Ну что? К тебе или ко мне? У меня и бутылочка уже куплена. Мороженку какую будешь?

Галина Георгиевна даже отвечать не стала. Просто положила трубку и заблокировала номер. Бывшая начальница теперь в подружки не годилась. Теперь нужно было искать новое место и новых людей, из которых можно будет пить кровь, и за счет которых жить.

Спасибо за лайк

Источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.68MB | MySQL:68 | 0,294sec