Свекровь

Пожилая, но еще не старая женщина Наталья Гавриловна Семенова проживала в живописной деревушке одна. Мужа схоронила два года, а единственный сын Федор как уехал в город на учебу после армии, так к матери и не вернулся больше. Работает на заводе инженером, поначалу снимал квартиру, а сейчас все у него в жизни изменилось. Только мать он в подробности не посвящал.
Приезжал редко, пока машиной не обзавелся. А последний год зачастил, нет-нет, да и нагрянет без предупреждения, продуктов привезет, одежду кое-какую. Наталья Гавриловна отказывалась, но он все равно привозил. Последний раз платок шерстяной вязаный ручной работы подарил.

А про свою жизнь не распространялся. Все хорошо, мол. Не переживай. Вот и весь сказ. Но нашлись добрые люди, рассказали. Ее соседка, молодуха Варька, в город отправилась.

Сердобольная мать передала сыну гостинца, варенье свое, грибочки маринованные. Телефон сына у нее был, поэтому Варвара с ним созвонилась и встретилась.

— Ой, тёть Наташ, приехал на машине с кралей какой-то. Все забрал и был таков. Привет просил передать, сказал, что приедет.

— А что за краля? – удивилась Наталья Гавриловна.

— Да почем же я знаю? Она и носа из машины не высунула. Только сдается мне, что старше его, вот ей богу! Лет на пять старше, полная, накрашенная.

Женщина призадумалась, Никогда сын с ней не делился своей личной жизнью. Надо бы порасспросить в следующий раз. И ждать этого раза долго не пришлось.

Идет она из магазина, а во дворе сын с мальчонкой ее дожидаются. У калитки машина стоит. Приехал! Она пошла быстрее, чтобы обнять сыночка, а тот посторонился немного и сказал:

— Привет, ма. Вот, знакомься. Это Юрик. Он теперь мне как сын.

— Ну заходите в дом, чего во дворе-то разговоры разговаривать.

Быстро накрыла на стол, благо картошечка в чугунке еще теплая была. Капуста соленая, огурцы, мясо отварное, мягкое да сочное.

Юрик понуро сидел за столом и неохотно ковырялся в своей тарелке, ни на кого не глядя. Поели, попили чай из самовара и отправили мальчика во двор. Пусть осмотрится, а они поговорят.

— Мам, тут такое дело, — начал Федор. – Я женился в прошлом году. Ну точнее, мы просто расписались а Августиной. А это ее сын. Тебе не сообщал, уж не обижайся. Не хочет Ава со свекровью знакомиться, и все тут.

— Это почему же? Я что, зверь какой? Или что деревенская, и ей не по чину?

— Да нет. У нее первый брак был несчастливый, со свекровью до драк доходило. Злющая была, вредная, терпеть ее не могла. Она и ушла от мужа из-за нее. А он через год умер, следом свекровь. Квартира ей с сыном осталась и машина. Когда познакомились, она меня к себе жить позвала, потом расписались. А про свекровь и слышать не хочет.

— А мальчонку тогда зачем привез? – спросила удивленная мать.

— Так лето сейчас, а Ава на сносях, в августе уже родит. Тяжело ей с Юркой, за ним глаз да глаз нужен, я целыми днями на работе. Не присмотришь до осени, а потом я заберу его?

— Присмотрю, отчего ж не присмотреть-то. Только он сам-то захочет здесь с бабкой остаться?

— А кто его спрашивает? Мать сказала, его дело выполнять.

Наталья Гавриловна подивилась таким словам, но вмешиваться не стала. Эту Августину она не знает, какой с нее спрос? Мальчонка восьми лет в доме не помешает. Не грудной. А скоро и свой родной внук или внучка появится. Вот радость-то какая!

На следующее утро сын уехал, а Юрка к окну припал, надувшись как мышь на крупу.
Женщина подошла к нему и сказала:

— Ну что, пострел. Давай нашу жизнь налаживать. Можешь звать меня баба Наташа. Ты в какой класс-то перешел?

— Во второй, — буркнул мальчик, даже не повернувшись.

— Ну пойдем курочек посмотришь, огород тебе покажу. Клубника зреет, будешь ягоды собирать скоро, она у нас ранняя.

— Не пойду я с тобой.

— Это почему же? Я не кусаюсь, и Полкан мой во дворе тоже не обидит, если ты его боишься.

— Мама сказала, что ты плохая. И я у тебя не надолго. А Полкана твоего я не боюсь.

— Вот те на! А мама откуда знает, что я плохая? Мы с ней даже не знакомы. Ну сиди тут, коли охота. А я во двор пойду, у меня дела, внучок.

Наталья Гавриловна скрылась за дверью. Жалко ей было пацана. Видать, этой Августине сильно досталось от прежней свекровушки, что она и сама ее знать не хочет, и сына против настроила. Ну ничего, добром да лаской как-нибудь растопит его сердечко.

Женщина занялась прополкой и своим нехитрым хозяйством. Большой скотины не держала, а курочки да пара овечек ей были под силу. Молоко, творог да сметану у соседей покупала, у Варькиной матери за гроши. А им то яички лишние принесет, то ягод с огорода. Так и жили.

Прошла неделя. Юрик стал постепенно выходить во двор. То Полкана погоняет, то клубнику с грядки поест. Помогать особо не рвался, да она и не настаивала. А тут в клуб кино привезли, старое, конечно. Ну больно уж красочное. «Человек-амфибия» называется. И бабушка зазвала своего «внучка» на просмотр.

По дороге домой мальчонка рот не закрывал, весь фильм пересказал, уж больно ему «человек-рыба» понравился!

— А я дома мультики смотрю, баба Наташа! Ты таких и не видала. Про капитана Врунгеля, а еще про Урфина Джюса и его деревянных солдат. Но это кино клёвое! А «человек-рыба» умер?

— Нет, Юрик, что ты! Он же рыба, теперь будет в океане жить.

Так за разговорами дошли до дома. И с этого момента мальчишку как подменили. Он и дома приберет, и усики у клубники пощиплет, и грядки польет. Полкана теперь только сам кормил, с мальчишками соседскими подружился. Вечером, бывало, домой не загонишь.

Повеселел, книжку по Робинзона Крузо стал читать. Федина она, старенькая совсем. Но он с удовольствием, страницу за страницей. И все бабушке пересказывает, да на Пятницей хохочет, пока она вечерами сидит и вяжет. И ей припомнилось детство сына. Такой же был весельчак, рта не закрывал.

В августе к ним нагрянул Федор. Счастливый, с радостной вестью. Дочь у них с Августиной родилась, Юленька. Завтра из роддома забирать, а он вот приехал рассказать про внучку, да узнать, как тут Юра.
— Папа, мы с бабой Наташей хорошо живем, мне нравится здесь! Можно я еще останусь? А сестренку потом посмотрю, когда в школу пойду.

Так и остался до сентября. Наталья Гавриловна отдала сыну подарки для внучки. Связала носочки крохотные, шапочку из лебяжьего пуха, да одеяльце, тоже пуховое, легкое. А невестке варежки с бубенчиками. Сын поблагодарил, расцеловал мать, пожал сыну руку, как большому, и был таков.

Приближался конец августа. Юрка бегал с ребятней по улице, играя в мяч, когда вдалеке показалась машина. Все расступились, глядя на гостей. Машина подъехала к дому Натальи Гавриловны. Из нее вышла полная женщина с ребенком на руках, затем Федор. Он забрал драгоценный сверток у жены, а к ней уже мчался со всех ног Юрка.

— Мамочка приехала! – закричал он, но тут споткнулся о кочку, упал и получил ссадину на коленке.

Но не захныкал, тут же сорвал лист подорожника и приложил к ране, как мальчишки учили. Августина поцеловала сына, взяла за руку и прошествовала за мужем в дом.

— Что же это Юра у вас без присмотра по улице носится? – спросила она вместо приветствия.

— Здравствуй, дочка, — ответила Наталья Гавриловна. – Вот и свиделись. Мальчишки у нас завсегда по улице бегают, играют. А Юра мне помощник и в дому, и в огороде. Что ж ему не поиграть-то?

Потом Наталья Гавриловна подошла к внучке. Та тихо спала, была хорошенькой, как ангелок, и у бабушки на глазах выступили слезы от умиления.

Накормила хозяйка дорогих гостей борщом со сметаной, лепешками свежими и стала расспрашивать, как да что.

— Мы за Юрой приехали, — авторитетно заявила Августина. — В школу скоро. Надоел он вам тут, да и сам уж, наверное, не дождется, когда в город уедет.

Мальчик вскочил с места и громко сказал:

— Не хочу я в город! Я с бабой Наташей хочу жить. А ты, мамочка, соврала, что она плохая. Она добрая!

Щеки Августины покрылись густым румянцем, и лицо приняло злое выражение.

— Маме нельзя такие слова говорить, Юра! Извинись и иди погуляй, только со двора ни шагу, — тихо и спокойно сказала Наталья Гавриловна.

Мальчик опустил голову, сказал свое «я больше так не буду» и вышел за дверь.

— Ты, Ава, не беспокойся за него. Он очень славный мальчик, послушный. Хорошо воспитала, молодец. И мне какая радость все лето! Спасибо, что привез, сынок. Хоть каждое лето пусть приезжает, только рада буду.

Но тут заплакала маленькая девочка, и Августина метнулась к ней. Два дня семья провела у Натальи Гавриловны. Сын кое-что починил, подправил. Августина не отходила от дочки, ее свекровь стряпала, кормила дорогое семейство, а Юра был на подхвате: то отцу поможет, то бабушке, то около сестренки с мамой посидит, и все рассказывает им, как ему тут хорошо жилось.

Наконец собрались в дорогу. Федор с сыном и дочерью попрощались и вышли во двор, а Августина подошла к свекрови, обняла ее и сказала:

— Спасибо, мама. Свою-то уж и не помню, а что свекрови такие бывают, и думать не думала. Простите меня. А Федю я очень люблю. Хороший он у вас, заботливый.

— Теперь уж у тебя, дочка. А мне-то радость какая. И Юрочку привозите, полюбила я его, как родного.

На том и расстались. И все в семье сложилось хорошо. Маму на зиму к себе забрали, чтобы помочь с детьми да по хозяйству. И свекровь с невесткой друг в друге души не чаяли, на радость Федору и шустрому Юре, бабушкиному любимчику.

Спасибо за лайк

Источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.66MB | MySQL:64 | 0,349sec