Чудесная математичка

Зашел сегодня разговор с мамой восьмиклассника – вот, мол, невзлюбил человек геометрию, с учителем конфликт, она его специально чаще вызывает, троллит, и, по его словам, оценки занижает. В третьей четверти единственная тройка и есть все шансы за год иметь ее же. Парень злится, но вместо того, чтобы поразить педагога знаниями, бунтует и прогуливает.

Как по мне, тройка за четверть – сущая ерунда, тем более в восьмом классе. Сто раз еще можно все исправить, предмет подтянуть и даже полюбить. Если удастся найти взаимопонимание с учителем, конечно. И главная роль, как ни крути, тут за взрослым. Потому что грань между «ему не дается математика» и «этот лодырь может лучше» педагог точно видит, и сам решает, что с этим делать.

А я сразу вспомнила нашу любимую Риту Соломоновну. Она была седая, стройная, с прямой спиной и добрыми глазами. Очень уважительно ко всем относилась. Никогда не повышала голос. Эта чудесная женщина вела у нас алгебру и геометрию последние два школьных года. Предыдущая математичка ушла на пенсию. Но за пять лет она нас выдрессировала под себя. Гоняла всех одинаково, на уроках требовала идеальной тишины. Что-то сказать с места было запрещено: чтобы ответить даже на самый простой вопрос, нужно было поднять руку, дождаться разрешения, встать и полным ответом радовать педагога.

Рита Соломоновна, наоборот, старалась вовлечь всех в процесс решения задачки или доказательства теоремы. Она что-то объясняла, рисовала на доске, специально делала паузу, ожидая, что класс подхватит:

– И вот так получаются … прямые… какие?

А в ответ – гробовая тишина. Ну да, все понимали – параллельные прямые, но открыть рот на математике мы не могли технически. Молчали всю первую четверть, точно. Потом заговорили потихоньку.

Больше всего Рита Соломоновна поразила нас честным подходом к делу. В отличие от других преподавателей, которые настаивали на особой важность своего предмета и прямо-таки требовали старания, новая математичка в течение первого полугодия нашла время, чтобы у каждого из нас поинтересоваться планами на будущее.
После такого собеседования и более близкого знакомства со способностями учеников, математичка оставила в покое всех гуманитариев. Нас вызывали к доске исключительно для разбора домашних задач, а оценки мы в основном зарабатывали письменными работами: контрольными и самостоятельными. Самостоятельные Соломоновна проводила часто, два-три в неделю точно. Во время урока работала большей частью с теми, кто шарил в предмете, особо одаренным давала задачи со звездочками.

Что касается самостоятельных работ, она быстро поняла, что отличники сразу сливают правильное решение всех вариантов по всему классу. Она как-то сказала:

– Первый раз вижу класс, где так безупречно поставлено списывание.

После этого всем троечникам, сдававшим работы без единой ошибки, со спокойной совестью писала на листочке «Списано!» и ставила трояк. Никто не возмущался. Мы обожали ее уроки. Там было всегда интересно, никого не унижали и не грозили тем, что «без знания математики тебя ждет только ПТУ», которое предыдущая учительница обязательно расшифровывала «Господи, помоги тупому устроиться».

Лично в моей жизни алгебра и геометрия закончились на выпускной контрольной. Помню, как вышла и выдохнула:

– Все! Больше никакой математики.

И очень благодарна Рите Соломоновне за урок человечности и уважения к людям. Кстати, все, кто сдавал математику при поступлении, тоже были благодарны: знаний им хватило без всяких репетиторов.

Спасибо за лайк

Источник

Понравилось? Поделись с друзьями:
WordPress: 8.59MB | MySQL:62 | 0,305sec